Петербургские впечатления: раблезианские мотивы, Пушкин в халате и Зубры на фоне индустриального пейзажа

Автор: Юлия Кузина, главный редактор сайта ЗУБРЫ.РУ

Идея о поездке Зубропары (в данном случае речь идет обо мне и Дмитрии Кузине) в культурную столицу зрела, набухала и вкусно лопалась, как апрельская почка в спешащем жить мегаполисе. Она, эта идея, успела несколько раз оформиться, перезреть и даже слегка подкиснуть, как та дебелая барышня на известной картине «Сватовство майора». Мы воплотили ее в едва ли не последний, почти безнадежный миг, когда уже не раз озвученная и обговоренная мысль, передуманная и так, и этак, и вдоль и поперек, теряет свою изначальную прелесть и кажется уже затеей совсем глупой и несвоевременной.

Но! Страстное желание увидеть приветливые лица питерских Зубров, равно как и развод мостов подстегнуло нас к тому, что в ночи, собрав вещей чуть больше, чем необходимо на три дня поездки (наивный Зубросупруг мой давно еще озвучивал мысль о том, что брать с собой в путешествие нужно только зубную щетку –– против этого моя запасливая сущность восстает, вследствие чего непременно набиваю сумку барахлом, безусловно полезным, нужным и жизненно-необходимым), мы вышли в романтический сумрак июльской ночи.

Вот в этом месте можно было бы «поддать» готичности: «ветер завывыл, обрывая электропровода, одинокая бесхвостая ворона злобно щурилась, доедая свежеубитую крысу, неприветливая трасса зловеще лоснилась от недавнего дождя, когда Зубропара отправилась в путь…» Сомнительная, двухсотлетней давности, слава Анны Рэдклифф не дает мне покоя: но ночь и в самом деле была недоброй.

Всю дорогу главред сайта Зубры развлекала руководителя проекта своими почти глубокомысленными рассуждениями об экономике, кризисе и прочем –– великолепные речи эти, не будучи записанными на диктофон для неблагодарных потомков, могли бы посоперничать по содержательности с трактатом «Васисуалий Лоханкин и его роль в русской революции». А если оставить эвфемизмы и прочие экивоки: всю дорогу я болтала, а Дмитрий терпеливо слушал. Прекрасное разделение обязанностей.

Петербург был великолепен. Дождь моментально прекратился, как только мы въехали в центр. Первое впечатление о дорогах и трафике: все то же самое, что и в Москве, только меньше (да простят мне свойственную жителям Белокаменной гигантоманию!).

Вот и мини-отель, про который я прочитала недовольный отзыв, что, мол, «далеко от центра», оказался на наш, столичный взгляд, почти в сердце Северной Венеции, на тишайшей улочке, по которой едва ли две-три машины проезжают за день. А окна номера выходили во двор: непуганые голуби стучались по утрам, заглядывая за стекло, да какой-то счастливец, житель этого чудного особняка в центре, прогуливал каждый день по нескольку раз полную, вельможно важную вислозадую таксу.

В субботу вечером мы отправились в ресторан –– место встречи организовал Сергей Кручинецкий, за что ему огромное спасибо. Первая незадача: такси мы ловили минут пятнадцать. Впрочем, я все это время любовалась катерами на неспешной Фонтанке, поскольку дело было на набережной. И все же –– попробуйте в Москве, в субботу, в центре поднять руку, подманивая сребролюбивых частников! Тут же к вам выстроиться очередь из желающих отвезти куда угодно и за как можно большие деньги! В итоге нас вез сумрачного вида парень азиатской внешности, слегка оттаявший только тогда, когда мы спросили про старинную мечеть (прекрасный образчик исламской архитектуры –– особенно, на мой взгляд, хороша мозаичная кладка: как бы ни были красивы легкие, ажурные мечети Эмиратов, тонкие и невесомые, будто миражи в пустыне, традиционная мозаика выглядит ярко, празднично и как-то сразу переносит в мир волшебных восточных сказок).

Добрались до ресторана «Рыба». Были очень рады увидеть всех собравшихся Зубров (а те, кто не доехал –– сами себе, используя интернет-стилистику, злобные буки, шутка, конечно, безусловно –– обожаемые Зубры). На встречу пришли: Волкова Лолита, Иванова Людмила, Кононова Валентина, Кручинецкий Сергей, Федотов Виктор и Сергей Хромов-Борисов. За что им всем большое спасибо.

Ресторан «Рыба» лично на меня произвел странное впечатление. С одной стороны –– явно прослеживались робкие и хаотичные попытки как-то «отдизайнить» пространство. С другой –– оглядываясь по сторонам, я все время гадала: то ли передо мной –– тщательно продуманная эклектика, смешение стилей и прочие псевдопостмодернисткие «штучки», то ли, прошу прощения за «большевистскую прямоту», людям тупо не хватило денег довести дело до конца.

Конечно, мы тут же поняли, что ресторан «Рыба» –– место популярное, «знаковое» и, возможно, даже (кто его знает!) до некоторой степени культовое. Когда, моя руки в туалете, я уперлась взглядом в два абсолютно одинаковых, «оттюнингованных» силиконом бюста (две подружки-блондинки, активно обсуждавшие некого Леву, стояли у меня за спиной, а перси их, лишь номинально прикрытые блестящей тканью, навязчиво отражались в зеркале над раковиной), то поняла, что «Рыба» –– место еще и гламурное.

Об интерьере –– мои впечатления. В холле пытались воспроизвести нечто вроде английского кабинетного стиля, но сам зал отличался суровой простотой дизайна –– особенно умилил сиротский вид радиаторов, напомнил школьные годы чудесные: в нашей «обители знаний» были именно такие.

Для начала я поругалась с официантом. Вернее, я пыталась предотвратить «наливание» моего сока мне же в грязный, заляпанный бокал. Я нервно хваталась за бокал и говорила, что он грязный. Официант, с видом неуловимого питерского превосходства и некоторым недоумением в стиле бородатого анекдота «А Галю ваша дюже балованная!» утверждал, что бокальчик чистый. В итоге смирился с моим самодурством и принес другой. Посвежее.

Но –– надо отдать должное ресторану «Рыба» –– паста была вкусной и размеры порции убедительными. Как подметил Виктор Федотов, «принесли прямо тазики с едой!» Это как-то примирило с инцидентом по поводу бокала.

Что касается атмосферы встречи, то мне вообще показалось, что питерцы в целом отличаются удивительным радушием в сочетании с четко обозначенным чувством собственного достоинства. Мне лично такая манера очень импонирует. Московский стиль общения, возможно, более активный, зато с «питерскими» чувствуешь себя очень уютно и в своей тарелке –– а это верх интеллигентности.

Тут, конечно, мне могли бы указать на известный снобизм, свойственный жителям обеих столиц. Оно, наверное, все мы не без этого греха. Но и снобизм, по моему скромному разумению, разный. У «московских» –– открытый, задиристый, по-детски откровенный и напористый (так важные киндеры в новеньких щегольских памперсах демонстрируют друг другу в песочнице новые совочки и лопатки). У «питерских» –– мягкий, сдержанный, обволакивающий, но не без доли иронии, от которой «проштрафившийся» чувствует себя месячным щенком, в приступе радости опИсавшим хозяйские туфли. Впрочем, эти замечания –– отчасти шутка, а не в коем случае не попытка глубокого обобщения.

Неудивительно, что в компании таких людей мы чувствовали себя очень уютно и здорово, даже несмотря на то, что ресторан «Рыба», на мой взгляд, не вполне аутентичное для Питера места. Зато из окон почти во всю стену открывается невероятный вид на «индустриальную» часть города. Мне понравилось, только взгляд упорно искал башню «Федерация» или еще что-нибудь в этом духе.

С питерскими Зубрами мы говорили о сайте, о том, что было бы интересно им, и о многом-многом другом. Лично мне было особенно интересно познакомиться с Людмилой Ивановой: ее я знаю еще по ЖЖ, и у меня сложилось впечатление, что Людмила –– женственный, но суровый маркетолог, любящий порядок и дисциплину. В реале она показалась мне очень обаятельной, смешливой и душевной барышней, абсолютно без взгляда «снизу вверх». Это так, замечания по ходу.

Мы засиделись до ночи, а потом Сергей Хромов-Борисов соблазнил-таки нас дегустацией виски с одновременной лекцией. Виски в большей степени дегустировал Дмитрий, а я так, слегка «поддакивала». Было очень интересно, правда, мы много потеряли, поскольку поленились законспектировать ценные сведения, которые Сергей хорошо поставленным лекторским голосом выдавал «порционно», по мере появления на нашем столе новых «стопочек» односолодового. Про «ценные сведения» не шутка, поскольку каждый вид виски наш «лектор» сопровождал увлекательным экскурсом в историю и теорию напитка.

Виски дегустировали мы уже, конечно, не в «Рыбе». Да, вообще, дегустировать виски в ресторане с такой невнятной эклектикой это не комильфо. Виктор Федотов повез нас в указанный Сергеем «правильный» бар, где правильно подают виски. По тому, как бармен раскрыл навстречу Сергею крепкие мужские объятия (это шутка! просто пожали руки), мы поняли, что «односолодовые» лекции упомянутого Зубра очень популярны в этом месте. Мне барЧЕГ тоже понравился. Особенно: сонный удав в террариуме в углу. И, конечно, виски. И, как ни странно, капучино (у нас вообще мало где умеют варить кофе качественно).

Пока Сергей воспевал напиток «гордых шотландцев», находя самые поэтические сравнения (то с кирзой армейских сапог, то с дымом, то еще с чем-нибудь), я недоумевала, почему мой организм выдает загадочную ассоциацию со вкусом яблок. Воистину: у каждого свой вкус, кто-то любит арбуз –– ну и далее, по тексту…

«Надегустировавшись» виски, захотели на свежий воздух. Виктор Федотов повез нас наблюдать развод мостов: зрелище одновременно и романтическое, и величественное, и в чем-то неуловимо русское, и совершенно завораживающее… А попутно он рассказывал о своих корнях, об истории своего рода –– у меня нет слов! Я вообще к «людской памяти» неравнодушна, а ведь мы подчас, во многом в силу вполне понятных исторических причин, о родословии своем знаем постыдно мало –– в лучшем случае, о прабабушках и прадедушках. А тут –– такой замечательный рассказ об одной из славнейших российских фамилий. История рода, полная драматизма и неподдельной правды –– и интересно, и в чем-то поучительно… Уже в отеле Дмитрий заметил, что в Викторе чувствуется какой-то неуловимый лоск, то ли в манере поведения, то ли в выправке, то ли в общем тоне разговора: генетическая память –– штука неистребимая…

На следующий день мы были предоставлены сами себе. Сначала мы сладко проспали, поскольку мои часы милосердно встали. В музеи решили не ходить. Выйдя из отеля, отправились в культовое место начала 90-х, кофейню «ЧайникоФФ». Когда Дмитрий был в Питере в начале 90-х, это было полутемное, дымное место, где неформалы, рокеры и прочие бунтари и маргиналы собирались вокруг стоячих столиков за чашкой жуткого, но милого сердцу кофе. Сейчас это вполне себе кафешка. Ассортимент небогатый, но очень приятные девушки-официантки и отличный пирог «с КУРОЙ». О, подумала я, они ведь так везде и пишут «с КУРОЙ». Слово «кура» кажется мне трогательным и беззащитным.

Еще меня поразило то, сколько в Питере кафе с разными видами шаурмы или –– на питерский манер –– «шавермы». Если в Москве это блюдо привокзальных закусочных и уличных лотков очень сомнительного вида (как в одном старом анекдоте: если в вашей шаурме попадается крысиный хвостик, значит, мясо точно свежее!), то в Питере вполне приличного вида кафе вывешивают на дверях красочные меню, где шаурма представлена во всем разнообразии: «шаверма с салатом», «шаверма с нарезкой», «шаверма просто так, без изысков».

Мы долго гуляли по Невскому, «фланировали и косились в лорнеты на прохожих», периодически убегая от навязчивых «ряженых», предлагавших Кузину «сфотографировать его принцессу (то есть меня, если кто не понял) рядом с коленопреклоненным Петром». «ПрЫнцесса», то есть я, конфузилась и отказывалась подходить к «Петру» в сомнительного вида парике.

Еще один момент нас поразил: погода не баловала жарой и даже мне, морозоустойчивому созданию, + 13 не показались зноем. Однако отважные питерцы щеголяли в шортах. Не все, конечно, но многие. Девушки –– в коротких юбках. Их ноги, романтического оттенка невской синевы, наводили меня на мысли о штанах с начесом. Дима первый обратил внимание на некую несуразность: погода осенняя, а люди одеты, как на пляжах Средиземноморья. Потом мы догадались: а у них просто на календаре лето! Лето у них, понятно! А лето –– это шорты и короткие юбки. Все, точка!

Потом мне очень захотелось покататься на кораблике. На кораблике мы отправились кататься от места, где мост украшают бронзовые «лошадки» и такие же мужчины прекрасного телосложения…

Экскурсия мне очень понравилась. Женщина-экскурсовод рассказывала так, что только и оставалось –– вертеть головой из стороны в сторону до хруста шейных позвонков… Нам показали Летний сад, где Пушкин гулял в халате и домашних туфлях (это если верить тому, что сам Александр Сергеевич писал в письмах к жене: а так, кто его знает, известный был баловник –– комментарий по ходу –– утром, когда мы вышли из отеля, столкнулись с мужчиной, закрывавшим за собой двери магазина «Женское нижнее белье», ему кто-то позвонил на мобильный, он ответил: «Где я? Да так, милая, за соком в магазин заходил!») Сойдя на берег и почувствовав, что переполнились духовной пищей, вспомнили о пище более низменного толка. То есть пошли искать, где бы поесть…

Вернее, искать не стали. А пошли прямо в ресторан «Тепло» –– его нам рекомендовала Людмила Иванова, она же подробно объяснила, как туда пройти.

Ресторан «Тепло» чем-то напомнил уютные маленькие ресторанчике в переулках Москвы, в центре. Когда мы вошли внутрь, все зальчики были забиты до отказа. Но, видимо, благодаря какому-то загадочному везению путешествующих, мы быстро нашли свободные места на мягких диванах.

«Тепло» –– место интереснейшее, особенно для тех, кто занимается или интересуется сервисом. Я, например, редко сталкиваюсь с такой искренней, неподдельной благожелательностью и таким радушием, как у нашей официантки. Что характерно –– у девушек-официанток не было бейджиков с именами! Не знаю, как смотрят на это специалисты по сервису, но мне даже понравилось: лично я чувствую неловкость, обращаясь к официанту по имени –– мне кажется, что или я сама должна представиться, или официант должен дать понять, приятно ли это, в некоторой степени личное обращение, ему или ей.

Место славное, милое, уютное, «Теплое» –– и это действительно так. Что касается еды: не буду скрывать –– пасту мы едали и получше, а вот супы были роскошны –– придраться не к чему… Очень, очень всем рекомендуем этот ресторан –– а если большой или не очень компанией, то вообще замечательно.

Из ресторана мы вышли только часа через два. Пока ужинали, я, внимая рассуждениям Кузина, «грела уши», поскольку в непосредственной близости от нас сидело очень много людей. Общее впечатление (возможно, не соответствующее истине) –– питерцы и в дружеских беседах мягче, интеллигентнее и, как мне показалось, придерживаются принципа, который моя бабушка энергически формулировала следующим образом: «Кто спорит, тот говна не стоит!»

Также весь день мне попадались небольшие группки подростков, обсуждавшие не привычное «как я взял новый айфон за тридцатник», а какие-то серьезные исторические вопросы: то битву под Полтавой, то «путь русского народа»… И совсем уж в ночи, когда мы возвращались в отель со второй прогулки на «кораблике», до глубин души потрясли два подростка с пивом (вполне себе из серии –– «сходить за «Клинским»), неспешно обсуждавшие, «в чем был не прав Витте». Захотелось остановиться, включиться в разговор и поделиться своей точкой зрения.

Итак, покинув гостеприимное «Тепло», мы снова отправились гулять. Кузин по ходу прогулки терзал мой бедный, отключившийся после сытного ужина мозг хитроумными вопросами про Петербург Достоевского. Как филологу –– мне было стыдно. Как жене –– хотелось дать по голове, но я лишь ограничивалась многозначительным мычанием и выразительно шевелила бровями. Дима тем временем с детской непосредственностью рассуждал о Петербурге Гоголя и Достоевского, обнаруживая некие вполне достойные познания…

Завершили день мы второй прогулкой «на кораблике», на этот раз –– под грустный романтический саксофон. Элегическому настрою присутствовавших несколько мешал холод и ветер –– однако мимо нас то и дело проносились катерочки с полуодетыми бодрыми людьми.

Уже на следующий день мы уезжали.

Жаль, что провели в Петербурге так мало времени.

Очень жаль, что не все питерские Зубры пришли на нашу встречу.

Но это был «пробный шар».

Мы благодарны Лолите Волковой, Людмиле Ивановой, Валентине Кононовой, Виктору Федотову, Сергею Кручинецкому и Сергею Хромову-Борисову за то, что пришли, за общение, за доброжелательность и радушие. Мы знаем, как трудно бывает занятым людям выкроить свободную минутку для «живого» общения.

Мы очень надеемся увидеть в следующий раз новых питерских Зубров.

А московских и немосковских Зубров приглашаем обязательно ехать с нами в следующий раз, знакомиться, общаться, удивляться и удивлять: что бы кто ни говорил, а самое ценное, самое важное и значимое в любой системе, для любого сообщества –– это люди. Все остальное вторично. А реальное общение, несмотря на все совершенные возможности «заочной коммуникации» нашего времени –– вещь незаменимая и прекрасная.